В Америке шатдаун — частичная заморозка государственных функций. Вы наверняка про это слышали. Ни SpaceX, ни ULA, ни кто-то еще из американских ракетных компаний временно не могут провести ни огневые испытания ракеты Falcon Heavy, ни запуски, ибо не работают госслужащие, связанные с обеспечением космодромов. Вся деятельность NASA тоже приостановленая, кроме жизненно необходимых ее функций, типа поддержки жизнедеятельности МКС и уже запущенных спутников и АМС.
Мы хотели объянить вам, что это такое и почему это важно.
Крупные государственные траты в США санкционирует Конгресс. Причем в Сенате для этого нужно 60 голосов — а у республиканцев только 52. Так, например, в 2013 году шатдаун длился 16 дней — республиканцы, имея большинство, блокировали попытки Обамы поднять разрешенный размер государственного долга. Тогда временно остались без работы 850 тысяч человек — от сотрудников собесов до тех, кто ведет инстаграм NASA. И они, и те, кто работу сохранили, за все это время не получали зарплату — некоторым не возместили ее до сих пор. Понятно, что страдают и те, кто от государства зависит — в первую очередь от тех же собесов; полиция и армия работу продолжают.
Сейчас корень проблемы глубже — фактически, не принята расходная часть бюджета. А расходная часть бюджета — это не только цифры, это документ, в котором определяются программы, на которые государство бюджет готово тратить.
Первый раз перспектива нового шатдауна замаячила летом — но демократы выторговали у Трампа продление программы DACA и поддержали закон, расписывающий эти траты на 3 месяца.
Теперь эти три месяца прошли, и переговоры надо начинать снова. И в центре спора оказались как раз программы, связанные с миграцией. В первую очередь та же DACA — программа поддержки и потенциального пути к получению гражданства для тех, кого родители-нелегалы незаконно привезли в страну в младенчестве. Трамп во время выборов обещал всех их выселить, с тех пор, вроде бы, поменял позицию и пообещал их оставить, но в целом республиканцам программа не нравится. Зато Белый дом хочет выполнить другое обещание президента и найти в бюджете деньги на строительство той самой стены вдоль границы с Мексикой. Правда, третье обещание президента — что строительство оплатит сама Мексика — он старается не вспоминать, туманно намекая, что эти деньги Америка отыграет на гипотетических новых переговорах о торговом соглашении с южной соседкой. Еще одним важным пунктом в переговорах о бюджете является CHIP, программа медицинского страхования детей — республиканцы в нижней палате Конгресса приняли закон, продлевающий ее в обмен на четырехнедельное продление уровня расходов бюджета, но эта идея не была поддержана даже несколькими сенаторами-консерваторами, которые хотят добиться длительной договоренности.
По мере приближения 20 января, дня, в который заканчивалось текущее соглашение о тратах, переговоры интенсифицировались. По опросам, примерно половина американцев винит в наступившем шатдауне скорее республиканцев — и лишь четверть винит демократов. А до перевыборов Палаты представителей и трети Сената осталось лишь 10 месяцев.
Переговоры продолжаются и сейчас, после наступления дедлайна и начала шатдауна, ночью случилось вообще невероятное — лидер демократов в Сенате Чак Шумер рассказал, что на переговорах в Белом доме предложил Трампу включить в бюджет деньги на стену. (Это казалось невозможным примерно в той же степени, как если бы Порошенко включил в бюджет расходы на проживание российских солдат в Крыму.) В обмен на ту самую DACA. И Трамп отказался!
Чего пытается добиться Трамп — непонятно. У основной части республиканцев в Конгрессе положение довольно безвыходное — принять закон сами они не могут, а переговоры зависят от президента и тех республиканцев, кто отказывается голосовать за краткосрочное разрешение проблемы. Самая серьезная и рискованная игра ведется здесь демократами. Они могут либо уничтожить репутацию консерваторов еще сильнее — при и так гигантской разнице в рейтинге перед выборами — либо прослыть партией, защищающей иностранцев в ущерб американцам. Белый дом уже обозвал Шумера и демократов-сенаторов «лузерами-обструкционистами». Впрочем, республиканская фракция в нижней палате Конгресса не горит помогать переговорам — там заявили, что никакие переговоры о связанных с иммиграцией программах вести до конца шатдауна не будут вообще. В этой ситуации сильнее всего под удар попадает как раз Трамп — именно он должен был бы собрать лидеров обеих фракций в обеих палатах Конгресса и привести к общему знаменателю.
Все это, кстати, происходит как раз в годовщину его инаугурации. За год Трамп успел стать частью рекордного числа скандалов, провалить почти все предвыборные обещания и принять достаточно спорную налоговую реформу — снижающую налоги на доходы корпораций. Одновременно этот год стал временем невероятного роста на фондовом рынке — а Apple из-за снижения налогов решилась вернуть в страну горы денег, лежащие в оффшорах.
Прошлое 20 января я встретил у Капитолия, в толпе пришедших на инаугурацию Трампа. Там были и те, кто радовался, и те, кто плакал, — но масштаб американских горок за прошедший год вряд ли кто-то из них мог представить. Шатдаун, пожалуй, — самое радикальное и потенциально страшное, что могло случиться. Кроме войны.
(c) (по мотивам поста Евгения Фельдмана в ФБ)
https://goo.gl/MF1o3ahttps://vk.com/spacex?w=wall-41152133_40196
